Савченко В. "Психометоды в семейных катаклизмах"
http://www.peer-group.narod.ru/articl2.html
ПСИХОМЕТОДЫ В СЕМЕЙНЫХ КАТАКЛИЗМАХ.
Валерия САВЧЕНКО
Известно ли вам, что такое метод семейных расстановок Случайно узнав о нем, не ожидала, насколько сильным окажется впечатление. Человеку непосвященному может показаться, что он присутствует на репетиции драмкружка. Просторная комната, «зрители», сидящие полукругом, «режиссер», наблюдающий за работой «актеров», расположившихся в центре. Но, участвуя в процессе, понимаешь, что это вовсе не спектакль, а… сеанс психотерапии.
Поскольку я не специалист в области психологии, могу поделиться только своими эмоциями. Итак, переступив порог и заняв место в кругу сидящих, я сама невольно стала «пациенткой». Группа (человек 25) состояла преимущественно из женщин в возрасте — от 20 до 60. Психотерапевт предлагает первому желающему сделать расстановку.
Заметно нервничая, выходит молодая женщина, с трудом формулирует суть своей проблемы двое детей, муж ушел к другой, хочет вернуть его в семью. Ведущий (психотерапевт) предлагает выстроить модель ее семьи.
«Пациентка» из присутствующих выбирает исполнителей на роли мужа, детей, самой себя. Затем участники расстановки делятся с окружающими ощущениями и мыслями, посетившими их во время этой ролевой «игры» они реально переживали то,
что чувствуют люди, которых они замещают. Возможно ли такое? Для чистоты эксперимента и я согласилась быть заместителем в расстановке одной из участниц, которая много лет была правой рукой директора процветающей фирмы. После его смерти это место занял сын. Новый руководитель не в состоянии найти общий язык с некогда сплоченной командой, возник конфликт, фирма разваливается. В расстановке участвуют пятеро из некогда крепкой команды, умерший шеф и его сын. Неожиданно для себя, находясь «в роли», озвучила свою «героиню» так «Я совершенно неконфликтный человек. Хочу скорейшего разрешения ситуации. На первом месте для меня благополучие собственной семьи. Поэтому соблюдаю нейтралитет. Прежнего шефа очень уважала, а теперешнего мне просто жаль». Другие члены расстановки произносили непохожие на мои монологи. Женщина, предложившая тему, слушала нас с открытым ртом и только качала головой. Затем она подтвердила потрясающее сходство представленных нами образов с реальными людьми. Мистика какая-то!
Можно сказать, я стала свидетелем, а порой и участником множества человеческих историй. Сеанс длился приблизительно пять часов с перерывами на чай, кофе и перекуры. И чем больше времени проходило, тем навязчивее становилась идея сделать собственную
расстановку. Аудитория значительно оживилась, желающих «расставиться» оказывалось все больше. Люди не сдерживали своих эмоций, многие плакали. Чужие истории отодвигали собственные проблемы на второй план. Ведь на самом деле бывает значительно хуже: мать, потерявшая двух сыновей, третий — тяжело болен; предательство самых близких людей; сын вдруг ушел из семьи и не желает общаться ни с кем из родных; тотальное одиночество; суицид; конфликт из-за раздела имущества;
отрицательные эмоции по отношению к матери и собственному ребенку; разводы и многое, многое другое.
За время «сеанса» возникало реальное ощущение близости с этими людьми. И это не эффект случайного попутчика. Наоборот, появляется потребность встретиться с ними снова, продолжить расстановки. Отчасти это похоже на исповедь. Во всяком случае,
после сеанса люди ощущали благодарность друг к другу. Что это, новое лекарство от одиночества?
Большинство наших проблем кроется в системе отношений с родственниками и близкими нам людьми. Не только ныне здравствующими, но и давно умершими, которых мы никогда не знали. Все взаимосвязано. Семья — как некое созвездие. И у каждой звездочки своя роль. Исключение хотя бы одной детали в целой цепи меняет всю картину, нарушается энергетический баланс, вследствие чего меняются судьбы членов этого созвездия. Если в системе происходит сбой, рано или поздно кто-то несет за это наказание, так или иначе это отражается на судьбах потомков.
— Основатель метода системных расстановок — известный немецкий психотерапевт Берт Хеллингер, — рассказывает психотерапевт «Психосоматической клиники» Вера Фалеева. — Получив теологическое образование, он был миссионером католической церкви в Южной Африке, возглавлял образовательные учреждения, лечил туземцев, одновременно изучая их методы лечения. В мире семейные расстановки распространены достаточно широко. В Германии создан Международный институт системных семейных решений,
в Москве по этой методике обучают психотерапевтов, выдают им соответствующие сертификаты. А вот в Украине пока эта методика мало известна, да и специалистов почти нет. Подобные сеансы позволяют разобраться в причинах конфликтных отношений. Даже если к нам приходит один из членов семьи, расстановка помогает найти «образ-решение», который способствует положительным изменениям в семье. Мы не исключаем и участия детей. Готовясь к сеансу, человек формулирует для себя суть проблемы. «Образ отношения к ней» выносится в поле расстановки. Я наблюдаю динамику происходящего в группе по направлению взгляда, накалу эмоций, испытываемых заместителями, определяется точка, где были нарушены потоки любви. Используются определенные ритуалы и фразы. Например, жена говорит мужу, с которым развелась «Я принимаю то, что ты мне подарил. Этого было много. Я буду уважать это и возьму с собой.
А то, что я дала тебе, я давала с удовольствием, и ты можешь оставить это себе. Я беру на себя мою часть ответственности, и как бы между нами ни сложилось, я оставляю тебе твою часть. А теперь я оставляю тебя в покое».
В основе всех кризисных, конфликтных ситуаций лежат нарушения потоков любви. Например, спустя несколько месяцев после развода родителей заболел ребенок или мать не находит общий язык с сыном. Оставаясь с матерью, ребенок внутренне присоединяется к отцу. И тогда сын, как бы защищая его, начинает выступать «представителем» отца в семье. Он становится очень похожим на него. Так исключенный член семьи возвращается в нее. Все то, что мать отрицала в отце, сын воспроизводит еще ярче. Довольно часто
при разводе родителей дети интересуются причиной. Хеллингер советует ответить следующим образом «Это не ваше дело. Мы разошлись, но все равно остаемся для вас отцом и матерью». Спрашивать у ребенка, с кем бы он хотел остаться после развода, нельзя. Родители должны обсудить это между собой и сообщить свое решение. Даже если дети будут протестовать, они останутся свободными, поскольку их не заставят делать выбор. Когда муж уходит к другой, естественно, жена испытывает злость,
обиду или гнев. А маленькая дочка, которая, казалось бы, ничего не понимает в конфликтах взрослых, начинает перенимать у мамы ее эмоции. В дальнейшем она живет с этой злостью и обидой на всех мужчин, и личная жизнь у девочки не складывается.
Хеллингер также утверждает, что ребенок не должен знать никаких интимных подробностей, касающихся жизни родителей. Например, мать сделала аборт или отец завел любовницу.
А вот мнение одного из участников расстановок. «Попав сюда случайно, заинтересовался. Но переворот произошел, лишь, когда меня попросили стать заместителем. Я давно интересуюсь гипнозом, когда-то даже учился этому. Считаю, что на расстановках он не используется. Хотя логически невозможно объяснить, откуда берутся столь явные ощущения. Испытанное для меня — термоядерная бомба. Из ниоткуда приходит абсолютно четкая и осознанная эмоция, а ты при этом как бы наблюдаешь за процессом со стороны.
Сила этого метода, на мой взгляд, в его удивительной простоте. В процессе между людьми возникает некая связь. Они узнают друг о друге то, чего не знают даже самые близкие люди. Посторонним людям ты доверяешь свою боль, которая не дает спать по ночам.
Возникает особое чувство товарищества в коллективе, оно строится на том, что каждый является и врачом, и пациентом одновременно. Суть этого метода, его технология парадоксальны — они используют то, о чем другие только говорят, сотрясая воздух.
Люди слишком многое теряют, даже не успев найти. Я поймал себя на мысли: вот сидим мы на расстановках, вокруг простые, обычные люди — таких на улице сотни. Но когда они начинают рассказывать о том, что их мучает, ты уже смотришь на них совсем
другими глазами. Как они могут жить с таким?
Этот метод стал популярен благодаря его таинственности, даже мистичности. Плохо то, что он, как и многие другие, борется лишь с последствиями. Мало кто задумывается над тем, как сделать так, чтобы проблем, по крайней мере, таких, которые поднимаются
на расстановках, не возникало в принципе. Но пока люди способны бороться только с последствиями. Это уже шанс. Шанс для человека что-то исправить. Мне кажется, что суть метода семейных расстановок можно выразить одной фразой: все, что нам нужно, — это любовь».